Андроново. Плоховы. Родословное древо. Ч. 20
Ссылки на предыдущие статьи помещены в конце этой статьи.
Ну, что же, построение андроновского родословного древа Плоховых подходит к концу. Остаётся рассмотреть последнюю, восьмую ветвь – Егора Андреева (I.6.1).
Ветвь оказалась очень обширная и содержащая лично для меня сюрпризы.
Вот она перед вами.
Уверен, что подробное описание девиаций дат жизни наших предков не слишком увлекает обычных читателей. В связи с этим я буду говорить о них сдержанно, и детализировать их только в случае необходимости. Итак:
Егор Андреев (I.6.1) – старший сын Екатерины Алексеевой (I.6) и Андрея Семёнова (I.6). Его место в родословном древе показано в статье «Андроново. Плоховы. Древо. Часть 1». Я же напомню, что он приходится старшим братом Никите (I.6.2) и Елисею (I.6.3) Андреевым.
Егор Андреев оказался долгожителем: по разным данным он прожил от 84 до 91 года. Впервые он появляется в исповедной ведомости 1763 года в возрасте 3 лет. Думаю, что 1760 год его рождения наиболее правильный. Я считаю, что чем младше ребёнок, тем точнее записан его возраст.
Присутствует Егор Андреев не только в исповедных ведомостях вплоть до 1844 года включительно, но и в ревизских сказках, начиная с 1811 года.
Год его смерти – 1844 – обозначен в ревизской сказке 1850 года.
Акилина Иванова (I.6.1), жена Егора Андреева, впервые появляется в ревизской сказке 1816 года в возрасте 50 лет. Далее записи о ней можно найти только в четырёх исповедных ведомостях 1824 – 1827 годов. Несмотря на её дальнейшее отсутствие в документах, Егор Андреев записан вдовцом, начиная только с 1839 года. Чем можно объяснить этот факт, я, честно говоря, не знаю.
У Егора Андреева и его жены Акилины Ивановой было четверо детей: Герасим, Мартин, Аника и Симеон.
Герасим Егоров (I.6.1.1) – их старший сын. Присутствует в единственном документе – ревизской сказке 1811 года. В ней записано, что в предыдущую ревизию 1795 года ему было 9 лет, а далее он «отдан в ратники в 1807 году». Был ему тогда 21 год.
Мартин Егоров (I.6.1.2). Личность, можно сказать, известная. Во-первых, прожил более 80 лет. Во-вторых, будучи бездетным и в возрасте, принял в семью и поставил на ноги Сергея Иванова (I.5.4.7.4.7), сумевшего стать хозяином фабрики, производящей полушёлковые изделия. (Андроновы. Плоховы. Древо. Часть 12).
Впервые Мартина Егорова мы обнаруживаем в ревизской сказке 1811 года в возрасте 20 лет. В ревизских сказках он присутствует вплоть до 1858 года. В исповедных ведомостях он находится с 1824 года. Нужно отметить, что с возрастом Мартина Егорова наблюдается известная чехарда. Чем она объясняется, я точно объяснить не могу. Но уж, во всяком случае, не незнанием своего возраста, потому что, по моему глубокому убеждению, в XIX веке крестьяне отлично знали свой возраст. Другое дело, что составление исповедных ведомостей в православной церкви наверняка происходило без непосредственного участия крестьян-старообрядцев.
Последний документ, содержащий информацию о Мартине Егорове – подворная перепись 1869 года.
1 Мартин Егоров вдов 80
пл<емянник> Сергей Иванов 34
жена Пелагея Петрова 32
сын их Яков 7».
Возле старого Мартина и малого Якова записано: «<занимаются> ничем».
Возле Сергея Иванова и его жены: «<занимаются> ткачеством шелковых изделий.
Две единички в крайних правых графах означают, что у них в семье есть одна лошадь и одна корова.
Сергей Иванов записан здесь как племянник Мартина Егорова. На самом деле это не так. Родство между ними более дальнее и более сложное. Предлагаю желающим самостоятельно определить его степень, используя данные настоящей статьи, статьи в интернете под названием «Определение степеней родства и свойства» а также статей этого цикла «Андроновы. Плоховы. Родословное древо. Часть 12», Часть 8 , Часть 7 и Часть 1 .
Здесь же я скажу только, что Мартин Егоров, приняв в семью Сергея Иванова, объединил Восьмую и Четвёртую ветви андроновских Плоховых.
Евфимия Григорьева (I.6.1.2), жена Мартина Егорова. Поскольку ревизия 1811 года не учитывала женщин, Евфимия впервые появляется в ревизской сказке 1816 года. Ей, так же как и Мартину, 24 года.
В исповедных ведомостях она присутствует с 1824 по 1863 год. Начиная с 1864 года, информация о ней исчезает, а Мартин Егоров пишется вдовцом.
Аника Егоров (I.6.1.3), третий ребёнок Егора Андреева. Аника был, видимо, выдающимся человеком, ибо потомки его получили деревенское прозвище Аникины, впоследствии переросшее у некоторых потомков в фамилию.
Первые документы, содержащие информацию об Анике Егорове, – ревизские сказки 1811 и 1816 года. В первом ему 18 лет, во втором 22. Есть он и в последующих ревизских сказках, включая 1858 год.
В исповедных ведомостях Аника Егоров появляется в 1824 году и находится там до 1865 года. Исповедная ведомость 1865 года – последний документ, содержащий сведения о нём.
Наталия Михайлова (I.6.1.3), жена Аники Егорова. Впервые обнаруживаем её в ревизской сказке 1816 года в возрасте 23 лет. В ревизской сказке 1834 года она также присутствует.
В исповедных ведомостях Наталия Михайлова находится с 1824 по 1838 год. Начиная с 1839 года, информация о ней исчезает, а Аника Егоров пишется вдовцом.
Судя по дате рождения их старшего ребёнка, поженились Аника Егоров и Наталия Михайлова в 1814 году. У них было шестеро детей: Яков, Устинья, Праскева, Емельян, Марфа и Иван.
Яков Аникин (I.6.1.3.1). Впервые появляется в ревизской сказке 1816 года в возрасте одного года. Документов, содержащих о нём информацию, довольно много: ревизские сказки, включая 1858 год, исповедные ведомости с 1824 по 1865 год и подворная перепись 1869 года.
Хочу отметить, что в исповедных ведомостях 1848 – 1851 годов почему-то получается, что Яков родился в 1832 году. Ничем, кроме обидной ошибки писаря, я это объяснить не могу.
После 1869 года информации о Якове Аникине я не нашёл.
Примерно в 1838 году Яков женился на Наталии Васильевой (I.6.1.3.1). Наталия впервые появляется в исповедной ведомости 1838 года в 20-летнем возрасте.
С 1842 по 1844 год её называют почему-то Анастасией, однако затем исправляются. С 1848 по 1851 год из исповедных ведомостей она исчезает, но в ревизской сказке 1850 года имеется. Начиная с 1852 года, она возвращается в исповедные ведомости и остаётся там до 1865 года.
Обо всей семье Якова Аникина можно прочитать в подворной переписи 1869 года.
![](https://www.genealogy-kzn.ru/wp-content/uploads/2024/07/plochovi_rd_20_3.jpg)
19. 1. Яков Аникин 54 (1815)
Жена Наталия Васильева 53 (1816)
Зять их Яков Иванов 32 (1837)
Жена Екатерина Яковлева 30 (1839)
Дети их Иоаким 8 (1861)
Никифор 7 (1862)
Акилина 4 (1865)
Григорий 1 (1868)».
Надписи справа в левой графе: «Прикащик по лесной части
<занимается> ничем
Прикащик по лесной части
Ничем
Надписи справа в правой графе: Яков Аникин Яков Иванов в отлучке по пачпорту в Володимере
Всё это семейство проживает во Володимере
Вот этой записью и объясняется то, что более поздних потомков этой семьи найти не удалось. Их во Владимире надо искать. Но, у кого они работали приказчиками-лесниками (если я правильно прочитал их должности), не известно. Тем не менее, вот что можно о них сказать.
У Якова и Наталии была одна единственная дочь Екатерина Яковлева (I.6.1.3.1.1), впервые появившаяся в исповедной ведомости 1848 года в возрасте 5 лет. Далее она, как и её мать, исчезает из ведомостей 1848 – 1851 годов, присутствуя в ревизской сказке 1850 года. Вновь в ведомостях она появляется, начиная с 1852 года, и находится там уже до 1865 года. Как видим, есть она и в подворной переписи 1869 года. А вот в ревизской сказке 1858 года её нет, видимо, это связано с её замужеством, которое произошло не позже 1860 года, но, может, и несколько раньше.
Замуж Екатерина Яковлева вышла за Якова Иванова (I.6.1.3.1.1), фамилию которого мы не знаем, но знаем то, что он был принят в семью жены. Узнаём мы об этом только из подворной переписи 1869 года, где Яков Иванов назван зятем Якова Аникина.
Как указано в той же подворной ведомости, у Екатерины Яковлевой и Якова Иванова было четверо детей: Иоаким, Никифор, Акилина и Григорий.
Иоаким Яковлев (I.6.1.3.1.1.1). Имя Иоаким сегодня непривычно нашему уху. Думаю, что и в семье его не так называли: разговорными формами этого церковнославянского имени являются Аким, Еким и Яким.
Заимствовано оно посредством греческого языка из иврита. На Русь пришло с христианством из Византии. В ХХ веке вышло из широкого употребления. Наиболее известным библейским лицом, носящим это имя, является Иоаким, муж святой Анны, отец Богородицы.
Больше об Иоакиме Яковлеве сказать нечего.
Никифор Яковлев (I.6.1.3.1.1.2).
Акилина Яковлева (I.6.1.3.1.1.3).
Григорий Яковлев (I.6.1.3.1.1.4).
К сожалению, и о них мне ничего не известно, кроме того, что они с родителями проживали во Владимире.
Вернёмся к детям Аники Егорова.
Устинья Аникина (I.6.1.3.2). Второй ребёнок в семье. Впервые находится в исповедной ведомости 1824 года шести лет отроду. В исповедных ведомостях – с 1824 по 1837 год включительно.
Начиная с 1838 года Устинья Аникина из документов исчезает.
Праскева Аникина (I.6.1.3.3). У неё всё точно так же, как и у Устиньи, только Праскева на два года моложе. Последний раз присутствует в исповедной ведомости 1837 года в возрасте 17 лет.
Поскольку обе сестры исчезли в один год и в довольно раннем возрасте (19 и 17 лет), не исключено, что они обе умерли в результате какой-нибудь болезни или несчастного случая. Но, может, и замуж вышли обе совсем молодыми и в один год.
Емельян Аникин (I.6.1.3.4). Емельян присутствует в исповедных ведомостях, начиная с 1824 года, со своего трёхлетия, и находится там вплоть до последней из них, в 1865 году.
В ревизских сказках он тоже есть: и в 1834, и в 1850, и в 1858.
Присутствует Емельян Аникин и в подворной переписи 1869 года.
В подворной переписи 1883 года Емельяна Аникина уже нет.
Дарья Иванова (I.6.1.3.4), жена Емельяна Аникина. Вышла за него примерно в 1845 году. Впервые появилась в исповедной ведомости 1846 года в возрасте 24 лет. Далее – во всех исповедных ведомостях, вплоть до 1865 года.
В ревизских сказках 1850 и 1858 годов Дарья также присутствует.
В подворной переписи 1869 года её нет, а муж её записан вдовцом.
![](https://www.genealogy-kzn.ru/wp-content/uploads/2024/07/plochovi_rd_20_4.jpg)
7 1 Емельян Аникин вд<ов> 48
Дети Акилина 21
Екатерина 19
Иван Аникин 38
Жена Параскева Васильева 32
Дети Михаил 7
Иван 5
Гликерия 4
Матрона 2»
«<занимаются> ткачеством полушелковых изделий.
У Емельяна Аникина и Дарьи Ивановой было четверо детей: Акулина, Екатерина, Пелагея и Фёдор.
Акулина Емельянова (I.6.1.3.4.1). Впервые обнаруживается в ревизской сказке 1850 года, где ей два года. В ревизской сказке 1858 года ей девять.
В исповедных ведомостях она появляется, начиная с 1852 года, и находится там до 1865.
В подворной переписи 1869 года присутствует.
Екатерина Емельянова (I.6.1.3.4.2). Присутствует в исповедных ведомостях с 1854 по 1865 год. Везде 1850 года рождения. В ревизской сказке 1858 года на год младше.
В подворной переписи 1869 года также присутствует.
Пелагея Емельянова (I.6.1.3.4.3). Прожила совсем мало и умерла в раннем детстве. Впервые обнаруживается в ревизской сказке 1858 года, где ей 7 лет. Такая запись предполагает, что Пелагея родилась в 1851 году, но, судя по всему, это не так. Дело в том, что в этой записи и сестре её Екатерине Емельяновой тоже 7 лет. И семёрки эти абсолютно одинаковые. Посмотрите сами.
![](https://www.genealogy-kzn.ru/wp-content/uploads/2024/07/plochovi_rd_20_5.jpg)
Записано так, как будто Екатерина и Пелагея близнецы. Но и это не так. Екатерина находится в исповедных ведомостях с 1854 года и далее с 1850 годом рождения. А Пелагея появляется там только в 1860 году. И год её рождения там определяется как 1857. Так что, видимо, писарь в ревизской сказке возле Пелагеи написал семёрку вместо единицы.
После 1860 года информация о Пелагее есть только в двух исповедных ведомостях: 1861 и 1862 года. Там она также записана как рождённая в 1857 году.
Федор Емельянов (I.6.1.3.4). Прожил тоже совсем не долго, всего три года. Информация о нём есть только в двух документах – исповедных ведомостях 1855 и 1856 годов, где он записан в возрасте двух и трёх лет.
Вернёмся к детям Аники Егорова.
Марфа Аникина (I.6.1.3.5). Впервые появляется в исповедной ведомости 1826 года в возрасте одного года и сохраняется там до 1844 года. Есть она и в ревизской сказке 1834 года.
Начиная с 1846 года (информации о 1845 у меня нет) Марфа Аникина из этой семьи исчезает. А дальше, внимание, в 1850 году в семье Ивана Федотова Плохова появляется некая Марфа Аникина. В исповедной ведомости она получается 1826 года рождения, а в ревизской сказке – 1828. Уж не наша ли это Марфа? И знаете, что самое интересное? То, что семья эта тоже Плоховы! И она уже мной описана и пронумерована (смотри статью «Андроново. Плоховы. Родословное древо. Часть 12»).
Иван Федотов Плохов носит номер (I.5.4.7.4), один из сыновей его – Иван Иванов – (I.5.4.7.4.3). Сама Марфа имеет тот же номер, потому что приходится этому Ивану Иванову женой. И ещё интереснейшая деталь: Иван Иванов (I.5.4.7.4.3) приходится прапрадедом писательнице Александре Владимировне Плоховой (I.5.4.7.4.3.2.1.2.1). Соответственно, Марфа Аникина – её прапрабабушка.
Тут некоторые могут сказать: ты всё напутал, так не бывает, умерь свои фантазии. Жена наверняка не местная. Не могли быть повенчаны жених и невеста, носящие одну и ту же фамилию, да ещё проживающие в одной деревне.
А я отвечу: могли.
Давайте вспомним правило седьмого колена. Здесь это колено не только гораздо большее по номеру. Здесь родственники с обеих сторон не могли найти родство между собой – даже сейчас, изучая архивные документы, мы смогли установить, что если и есть общий предок, то не позже середины XVII века. Я просто напомню: Иван Иванов (I.5.4.7.4.3) – потомок Алексея Иванова Плохова (I.5.4), а Марфа Аникина (I.6.1.3.5) – Егора Андреева Плохова (I.6.1), старшего сына Екатерины Алексеевой (I.5.1), урождённой Плоховой, и Андрея Семёнова (I.5.1). Посмотрите соответствующие ветви родословного древа «Андроново. Плоховы. Древо. Часть 1».
Тем не менее, на сегодняшнем рисунке я не стал показывать эту связь. Стопроцентных доказательств-то нет…
Иван Аникин (I.6.1.3.6). Впервые появился в исповедной ведомости 1832 года в возрасте одного года. В период с 1848 по 1851 год в исповедных ведомостях Иван Аникин отсутствует – писарь почему-то спутал его с Яковом Аникиным. Но в 1852 году он возвращается и остаётся там до 1865 года.
Есть он и в ревизских сказках 1834, 1850 и 1858 года.
Далее Иван Аникин присутствует вместе с семьёй в подворной переписи 1869 года, что мы видели чуть выше.
А вот что написано об Иване Аникине и его семье в подворной переписи 1883 года.
![](https://www.genealogy-kzn.ru/wp-content/uploads/2024/07/plochovi_rd_20_6.jpg)
«№ домохозяйства по порядку – 6;
Имена и отчества домохозяев – Иван Аникин;
Сколько имеет изб – 1;
Число всех душ в настоящее время муж. пола – 3;
Число всех душ в настоящее время женск. пола – 3;
В том числе грамотных муж. – 1;
В том числе грамотных жен. – нет;
В том числе учащихся мальч. – нет;
В том числе учащихся девоч. – нет;
На сколько душ надел – 3;
Сам ли обрабатывает землю или сдает в аренду другим или же весь надел лежит в пустырях, т. е. не распахивается – нет;
Сколько десятин имеет купчей земли сверх надела – 6 ¾ ;
На какую сумму снимал (арендовал) покосов в прошедшем году – нет;
Число лошадей – 1;
Число коров – 1;
Число мелкого скота – нет».
По сравнению с 1869 годом состав семьи Ивана Аникина, видимо, не изменился: он сам, жена, двое сыновей и две дочери.
На Прасковье Васильевой (I.6.1.3.6) Иван Аникин женился, скорее всего, в 1857 году, ибо в ревизской сказке 1858 года Прасковья уже присутствует.
В исповедных ведомостях она впервые появляется в 1863 году и находится там до 1865 года.
В последний раз Прасковья Васильева упоминается в подворной переписи 1869 года в возрасте 32 лет. Сколько она ещё прожила, мне не известно.
Было у них с Иваном Аникиным четверо детей: Михаил, Гликерия, Иван и Матрона.
Сначала о дочерях.
Гликерия Иванова (I.6.1.3.6.3). Присутствует только в подворной переписи 1869 года в возрасте четырёх лет. Что с ней стало дальше – не известно.
Матрона Иванова (I.6.1.3.6.4). В подворной переписи 1869 г. ей два года. Других сведений о ней также нет.
А теперь о сыновьях.
Михаил Иванов (I.6.1.3.6.1). Информация о нём найдена нами только в четырёх документах: исповедных ведомостях 1863, 1864, 1865 года и в подворной переписи 1869 года. Других сведений о нём нет. Однако в метрической книге Богородско-Глуховской старообрядческой общины за 1909 год удалось обнаружить запись о рождении сына Петра (I.6.1.3.6.1.1.1) у крестьянина деревни Андроновой Игнатия Михайлова Плохова (Аникина) (I.6.1.3.6.1.1)! Вот эта запись.
![](https://www.genealogy-kzn.ru/wp-content/uploads/2024/07/plochovi_rd_20_7-1024x550.jpg)
Расшифрую запись.
РОДИВШИЕСЯ В 1909 ГОДУ
№: 58
Месяц, число и место рождения: Мая двенадцатого дня, в с. Глухове в родильном приюте
Месяц и число крещения или связанного с рождением обряда: мая двенадцатого дня
Имя младенца: Петр
Мужеского пола: м
Женского пола: –
Звание, имя, отчество, фамилия, исповедание и место жительства родителей или незамужней матери: Крестьянин Московской губ<ернии> Богородского уезда Буньковской вол<ости> дер<евни> Андронова Игнатий Михайлов Плохов он же Аникин и законная жена его Екатерина Алексеева, оба старообрядцы, проживающие в с<еле> Глухове Богородского уезда на «Стройке» № 427.
Звание, имя, отчество и фамилия восприемников: Крестьянин Московской губ<ернии> Богородского уезда Зуевской вол<ости> дер<евни> Никулина Иван Федоров Комаров. Восприемница крестьянка Московской губ<ернии> Богородского уезда Зуевской вол<ости> с<ела> Зуева Елизавета Семенова Еремина.
Подпись родителей, восприемников и лица, совершавшего обряд: Игнатий Михайлов Аникин. По болезни родительницы и за себя расписался восприемник Ив. Комаров. Елизавета Еремина. Протоиерей Иоанн Абрамов.
Удивительный документ! А для меня особенно. Вот уж не знаешь, что найдёшь в результате поисков.
Дело вот в чём. Я тоже родился в этом селе Глухове. Оно и тогда уже, в 1909 году, не село, конечно, было. Был огромный, созданный Арсением Ивановичем Морозовым, посёлок, в котором буквально всё было подчинено обеспечению функционирования Богородско-Глуховской мануфактуры.
Жили мы на улице, носившей в то время название Первомайская слобода. А ещё раньше эта слобода называлась Троицкой. Небольшие деревянные дома, в которых жили две семьи или больше. Так вот, через один дом от нас жила семья по фамилии Аникины. Дядя Коля, тётя Люба и две их дочери, Тамара и Таня. Обе они входили в нашу детскую уличную компанию, которая продержалась до начала 1970-х годов, когда все мы разбрелись понемногу, кто в армию, кто на работу, кто в институт.
Невольно пришло мне в голову: а не андроновские ли это Аникины? Не потомки ли они Игнатия Михайлова? Стал искать возможные доказательства и подтверждения.
Прежде всего, адрес Игнатия Михайловича: «Стройка». Где это? Никаких официальных объяснений я не нашёл. Но вот что вспомнил. Дома наши стояли в два параллельных ряда по шесть домов в каждом. В народе первый ряд, тот, что вдоль улицы, назывался «передней стройкой». А второй, что через переулок, «задней стройкой». Мы так и говорили: «иду на заднюю стройку играть!». Стройкой это, видимо, называлось, потому что дома наши ставились в начале 1900-х годов одновременно со строительством на соседней улице Ново-ткацкой фабрики. В этих домах сначала жили строители (их «рабочая аристократия»), а потом «рабочая аристократия» ткацкой фабрики. Думаю, что «Стройка» из документа и есть наши стройки, передняя и задняя. Аникины, как и мы, жили именно на передней стройке.
Далее номер дома. У Аникиных-Плоховых он 427. В 1909 году. У нас, через один дом, номер 341. В 1952 году, через 50 лет с лишним. Нужно сказать, что нумерация домов до начала 1960-х годов была сплошной по всей Первомайской слободе. Номер дома наших родственников Ивашовых, например, находящийся совсем рядом, но через переулок, был 367. Номер Аникинского дома тогда я не знаю. Но за 50 лет его могли не один раз изменить. А могли они в 1909 году в другом доме жить, но не очень далеко.
Теперь самое главное. Отчество дяди Коли. Проще всего было бы спросить самих Тамару и Таню. Но дом их на Первомайке не сохранился, они переехали куда-то в район Заречья. В последний раз я видел Татьяну примерно в 2010 – 2012 году. Да и живы ли они? Тамара 1946 года рождения, Таня 1948 или 1950. Пока не спросишь…
Стал вспоминать сам. Помню, отчество у него было не совсем обычное, не слишком распространённое. В памяти всплыло: Николай Игнатьевич. Его вроде бы знакомые мужики и соседи так называли: Игнатьич. Нам, мальчишкам, особенно запомнился он тем, что был обладателем трофейного мотоцикла BMW с коляской. Катал нас на нём иногда. Участник войны. Вот что говорит портал «Память народа».
Николай Игнатьевич Аникин, 1922 года рождения, уроженец г. Ногинска – один такой на этом портале.
В 1985 году к 40-летию Победы он, как практически все живые на тот момент участники ВОВ, был награждён орденом Отечественной войны II степени
Умер мой знакомый дядя Коля Аникин, как я припоминаю, где-то в конце 1980-х годов. Геопортал Подмосковья ГБУ МО «МОСОБЛГЕОТРЕСТ», содержащий информацию обо всех захоронениях Подмосковья, говорит, что на Ногинском городском кладбище похоронены всего два Аникиных подходящего возраста и времени кончины, которые на поверку оказались одним и тем же захоронением. Это Аникин Николай Игнатьевич, родившийся 02.02.1922 года и скончавшийся в одном случае 25.02.1988 г., а в другом 29.02.1988 года. На самом деле, я думаю, в первом случае в базу данных занесли день смерти, а в другом день похорон.
В общем, мои исследования укрепили меня в предположении, что знал я Аникиных именно тех самых. Во всяком случае, они, исследования, это предположение не опровергли.
Что касается Петра Игнатьевича Аникина, то мне удалось выяснить его судьбу. Запись о нём обнаружилась на том же портале «Память народа».
Сводная информация.
Аникин Петр Игнатьевич
Дата рождения: _._. 1909
Место рождения: Московская область, Ногинский район, село Глухово;
Московская область, Ногинский район, деревня Большое
Буньково
Место призыва: Ногинский РВК, Московская область, Ногинский район
Дата призыва: 28.03.1941; 28.08.1941
Воинское звание: рядовой
Воинская часть: Полевая почтовая станция 924
ппс 2924 в/ч 346
Совпадает всё, за исключением указания Большого Бунькова вторым местом рождения Петра Игнатьевича. Думаю, что в одном из документов сделана ошибка: до 1917 года он же, как и его отец, писался крестьянином деревни Андроново, находящейся в Буньковской волости.
Не понятны и две даты призыва, особенно первая, говорящая о том, что Пётр Игнатьевич был призван ещё до войны. Но числа призыва совпадают, разнятся только месяцы. Видимо, писарь при заполнении какого-то документа принял цифру 8 за цифру 3. Может, половинка восьмёрки на сгибе стёрлась или ещё что.
![](https://www.genealogy-kzn.ru/wp-content/uploads/2024/07/plochovi_rd_25-1024x156.jpg)
Вот что там написано (названия граф я взял из Приказа народного комиссара обороны Союза ССР № 023 от 14 февраля 1944 г.:
1 № п.п.: 36.
2 ФИО: Аникин Петр Игнатович
3 Воинское звание: ряд<овой>
4 Должность и специальность: стр<елок>
5 Партийность: б/п (беспартийный)
6 Год рождения: 1909
7 Какой местности уроженец: М<осковская> О<бласть>, Ногинский р<айо>н, д<еревня> Б<ольшое> Буньково
8 Каким РВК призван и какой обл., с какого года в армии: Ногинским ГВК 28/8-41
9 Когда и по какой причине выбыл: послед<нее> письмо 1/10-41 г. ППС 924
в/ч 346
10 Где похоронен: ―
11 Ближайшие родственники – родственные отношения, ФИО: жена Аникина Наталья Ал<ексан>дровна
12 Ближайшие родственники – где проживают (подробный адрес): г<ород> Ногинск, п<осёлок> Рузино, ул. Ленина, дом № 18.
13 Личное заключение военкома: По проверенным данным считаю пропавшим без вести в 1941 г.
Информативный документ!
Во-первых, выяснилось, откуда появился призыв в марте, а не в августе. Присмотритесь, в графе 8 восьмёрку ровно посередине переехала карандашная линия какой-то регистрационной записи. В результате, как я и предполагал, писарь, заполнявший карточку в картотеке, принял её за тройку. Получилось, что Петра Игнатьевича призвали в армию за три месяца до начала войны.
Во-вторых, стало известно имя его жены – Наталья Александровна.
В-третьих, адрес. Оказалось, что он проживал совсем рядом с нынешним местом моего обитания. Вот как выглядит на карте его дом № 18.
Собственно, дома этого нет, он сгорел несколько лет назад. Был деревянный, одноэтажный, выкрашенный зелёной краской. Сейчас какие-то сарайчики на его месте. Помню, что дом этот принадлежал, кажется, тёще Александра Сенаторова, глуховского футболиста и тренера. Он и сейчас там бывает, машина его часто стоит возле забора. Но возможно, я путаю, и Сенаторову принадлежит дом №20, который находится левее.
Ну, и главное – Пётр Игнатьевич Аникин пропал без вести не ранее 01 октября 1941 года, что устанавливается по дате написания им последнего письма.
А вот второй документ о безвозвратных потерях. Тут уже место рождения Петра Игнатьевича написано правильно – Глухово.
![](https://www.genealogy-kzn.ru/wp-content/uploads/2024/07/plochovi_rd_20_15-1024x343.jpg)
Обращает на себя внимание следующий факт. В графе «Когда и по какой причине выбыл» записано: «Октябрь 1941 г. ППС 924». А в графе «Где похоронен» – записано от руки: «Пр б/в 3.42 г». Для меня это не совсем понятно. Что, они держали его в списках части с октября 1941 по март 1942 г.? Думали, что найдётся? Хотя, может быть, так и положено. Но в связи с этой записью в картотеке сайта появились разночтения: на одной карточке дата выбытия – 12.1941, а на двух других (одну из которых я не показываю) – 03.1942. Эта же неточность содержится и в Печатной Книге Памяти, страница из которой также приведена на сайте.
«Аникин Петр Игнатьевич, красноармеец, 1909 г. рождения, д. Большое Буньково Ногинского р-на Московской обл. Призван в августе 1941 г. Ногинским ГВК. Пропал без вести в марте 1942 г.».
В нашем домашнем архиве сохранились две фотографии конца 1960 –х годов, на которых присутствует Таня Аникина.
В результате всех этих поисков я разместил на схеме Игнатия Михайлова (I.6.1.3.6.1.1), его жену Екатерину Алексееву (I.6.1.3.6.1.1) и их сына Петра Игнатьева (I.6.1.3.6.1.1.1). Николая Игнатьевича Аникина, а тем более его дочерей, я пока размещать не стал. Всё-таки нужно тщательно проверить.
Второй сын Ивана Аникина – Иван Иванов (I.6.1.3.6.2). Я нашёл его в двух документах – подворной переписи 1869 года, где ему 5 лет, и в списках избирателей 1917, где его возраст 53 года. В обоих случаях год его рождения вычисляется как 1864.
Жены Ивана Иванова мы, к сожалению, не знаем. Я не стал показывать её на схеме.
Иван Иванов Плохов (Аникин) (I.6.1.3.6.2.1). Сын Ивана Иванова (I.6.1.3.6.2). О нём мне известно только по материалам Сергия Дурасова. Год его рождения взят мной оттуда же. Дата смерти определяется датой рождения его младшей дочери. Жены этого Ивана Иванова мы тоже не знаем.
Лидия Иванова (I.6.1.3.6.2.1.1) и Валентина Иванова (I.6.1.3.6.2.1.2). Даты их рождения взяты мной также из материалов С. Дурасова. По сведениям В.А. Плохова обе они живы (июль 2024 г.) и проживают в Андронове. Обе выходили замуж, но нынешних их фамилий я не знаю. Есть ли у них дети, не знаю тоже.
Теперь рассмотрим ветвь младшего сына Егора Андреева.
Симеон Егоров (I.6.1.4), младший сын Егора Андреева. Впервые о нём можно прочитать в ревизской сказке 1811 года, где ему 8 лет (1803 г. р.), затем он присутствует во всех ревизских сказках до 1858 года включительно.
В исповедных ведомостях он с 1824 по 1855 год.
В ревизской сказке 1858 года написано, что умер он в 1856 году в возрасте 53 лет.
Прасковья Петрова (I.6.1.4), жена Симеона Егорова. Первая запись о ней найдена в исповедной ведомости 1824 года – 18 лет. Довольно рано она вышла замуж.
В исповедных ведомостях Прасковья Петрова присутствует вплоть до 1865 года.
В ревизских сказках она тоже есть до самого 1858 года.
Нужно отметить, что год её рождения в документах довольно сильно изменяется, что отражено мной на рисунке.
В подворной переписи 1869 года Прасковья Петрова не обнаруживается.
У Симеона Егорова и Прасковьи Петровой, поженившихся около 1822 года, было трое детей: Акилина, Ефрем и Евдокия.
Акилина Семенова (I.6.1.4.1), старшая дочь. В исповедной ведомости 1826 года написано, что ей 3 года, а в следующей, 1827 года – 2. В 1828 году ей опять 3, и получившийся при этом 1825 год рождения сохраняется в исповедных ведомостях до самого конца – до 1843 года, после которого она из документов исчезает. Видимо, всё закончилось замужеством. А может, замужеством всё только началось?
В ревизской сказке 1834 года год её рождения вычисляется как 1824.
Евдокия Семенова (I.6.1.4.3). Младшая дочь Семёна Егорова. Впервые обнаруживается в исповедной ведомости 1832 года и присутствует в исповедках до 1860 года.
Есть она и в ревизских сказках 1834 и 1850 года. В ревизской сказке 1858 года отсутствует. Видимо, вышла замуж, а в исповедных ведомостях после этого ещё пару лет была записана по инерции.
Ефрем Семенов (I.6.1.4.2). Единственный сын Семёна и Прасковьи. Впервые обнаруживается в исповедной ведомости 1829 года в годовалом возрасте. Документы, содержащие о нём информацию: исповедные ведомости, вплоть до 1864 года включительно, и ревизские сказки 1834, 1850 и 1858 года.
Умер Ефрем Семенов в 1864 году, так как в исповедной ведомости 1865 года он отсутствует, а жена его записана вдовой.
Лукерья Семенова (I.6.1.4.2). Впервые записана в ревизской сказке 1850 года женой Ефрема Семёнова. Довольно рано вышла замуж: в 1850 году ей 18 лет. В исповедных ведомостях с 1852 по 1865 год. В 1852 году записана под именем Гликерия.
В подворной ведомости 1869 года также записана вдовой 40 лет.
![](https://www.genealogy-kzn.ru/wp-content/uploads/2024/07/plochovi_rd_20_17.jpg)
69. Вдова Лукерья Семенова 40 (1829)
дети Кузма Ефремов 17 (1852)
Николай 13 (1856)
Самым сложным было понять записи чернилами справа: «<занимается> мелочною торговлею овощных товаров. В отлучке по свидетельству <нрзб> в Павловском [Посаде]». Одно слово я всё-таки не разобрал…. Но самое главное, стало ясно, что после смерти Ефрема Семёнова Лукерья с детьми официально перебралась в Павловский Посад, где и занималась мелочной торговлей овощами, которыми, возможно, её снабжали андроновские жители.
Косма Ефремов (I.6.1.4.2.1). Конечно же, в обычной жизни он Кузьма. Впервые появляется в исповедной ведомости 1855 года в возрасте одного года. В следующем году его в ведомости почему-то нет, но, в 1857 – 1865 годах, в ревизской сказке 1858 года и подворной переписи 1869 года он есть.
Николай Ефремов (I.6.1.4.2.2). Появляется впервые в ревизской сказке 1858 года годовалым ребёнком. Имеется во всех исповедных ведомостях 1860 – 1865 г.г. Правда, Николаем он назван только в 1860 году, в остальных случаях он почему-то Никита. В подворной переписи 1869 года он вновь обретает своё законное имя Николай и 1856 год рождения.
После 1869 года я не обнаружил никаких сведений ни о Кузьме, ни о Николае Ефремовых. Это вполне естественно и определяется тем, что они с матерью перебрались в Павловский Посад и, видимо, там осели. Так что, искать их нужно в Павловском Посаде.
На этом заканчивается рассказ о Восьмой ветви родословного древа от Егора Андреева (I.6.1).
Вместе с тем заканчивается и рассказ о родословном древе Плоховых в Андронове. К сожалению, не всё мне удалось – древо отнюдь не полное, многие ветви замирают, не найдя пути к своим наверняка существующим потомкам. Не удалось также определить ветви некоторых ныне здравствующих жителей Андронова. В первую очередь, это касается семьи, носящей деревенское прозвище Можаевы. Просто пока не хватило информации.
Работа продолжается.
Сергей Анатольевич! Поздравляю тебя с завершением огромного и наиважнейшего этапа в изучении истории собственного рода. Прекрасный исследовательский труд! Кропотливый, сложный, четко выстроенный и систематизированный.
Знать свою историю — бесценный дар. Изучая собственный род, приходишь к выводу, что никто из нас не одинок. Появляется понимание того, что за тобой стоят десятки и сотни людей, в чьих жилах текла та же кровь, что и в тебе сейчас; говоривших на одном с тобой языке; хранивших ту же веру; проживших свои жизни в самых разных исторических эпохах, прошедших через многочисленные горнила житейских испытаний, трудов, страданий и переживаний, рождений и утрат, войн, революций, политических перемен и каждый из нас сегодня — прямой результат этой истории — наследник своего рода, хранитель памяти о нём.
Проделанная тобою работа — это бесценный подарок всем последующим поколениям рода андроновских Плоховых.
Благодарю, Павел Николаевич!
Со своей стороны хочу сказать, что без тебя у меня просто ничего не могло бы получится. Вся моя работа — всего лишь обработка материалов, добытых тобой в архивах. Если бы не твои упорство и необычайная пунктуальность, ничего бы не было.
Добрый день, Сергей! Вопрос по твоей 20-й публикации. Аникин Пётр Игнатьевич из Плоховых стал Аникиным. Каким образом произошла смена фамилии?
Доброе утро! Я думаю, что первым официальным Аникиным стал тот, кто перебрался в Богородск (Глухово). Это, судя по всему, Игнатий Михайлов. Может и его отец, но, скорее всего, именно Игнатий.
Дело было, видимо, так. Для того, чтобы уехать из Андронова на законных основаниях, нужно было выправить себе паспорт или некое свидетельство. Помните, в подворной переписи 1869 года у отсутствующих написано: «В отлучке по паспорту» или «В отлучке по свидетельству». Так вот, тот из Аникиных, кто переехал, получил требуемую бумагу, но на имя Плохова — другой ему выдать не могли, ведь Аникины — всего лишь деревенское прозвище. Но сам себя он, то ли по причине неблагозвучности фамилии, то ли ещё почему (не нравилась она ему), называл себя Аникиным. Поэтому в метрической книге и написано Плохов, он же Аникин. То, что Игнатий сам себя ощущал Аникиным, говорит тот факт, что в метрической книге он Аникиным и подписался. В противном случае он подписался бы или Плоховым, или Плоховым-Аникиным. А дальше, выправляя документы в Богородске, особенно после 1917 года, он записал себя и своих детей Аникиными.
Вот как-то так, мне кажется.